Сорок лет он был «Ихтиандром» для всей страны. Идеальный муж, преданный отец, образцовый семьянин. Жена Алевтина Константинова — одна на двоих, дочь Ирина — актриса, внук, правнучка. Картина из учебника по советской нравственности. Но в январе 2021-го, через пару недель после похорон, эфир «Прямого эфира» с Малаховым перевернул всё. ДНК-тест: 99,9%. Евгения Харькова — его дочь.
Роман был в семидесятых. Курорт, мимолетно, ни к чему не обязывая. Коренев тогда уже был звездой всесоюзного масштаба. Евгения родилась, выросла, сама стала мамой. Дочь Софья пришла на спектакль к деду, подарила цветы, сказала «спасибо за жизнь». Претензий на наследство — ноль. Только желание узнать правду. А правда вылетела на весь экран.
Жена Алевтина Константиновна назвала это «вымыслом для хайпа». Дочь Ирина замяла губы и ушла в тишину. Родные не пришли на похороны Евгении? Не пришли. Не позвонили. Не признали. До сих пор.
Но это ещё не всё. Параллельно всплыла история с сыном. Алексей Куранов. Родился в 61-м, до свадьбы с Алевтиной. Мать — Елена, студентка. Коренев ушел, когда узнал о беременности. Мальчик вырос без отца, но с лицом отца. Пел в ВИА «Поющие сердца» под руководством Агутина. Пытался быть артистом. Не вышло.
Девяносто-е. Бандитский Петербург. Алексей втянулся. Разбой, похищение, вымогательство. Девять лет дали, семь отсидел. Вышел — женился, дочь Тамара родилась. Друзья в шутку звали его «Человек-амфибия». Он знал, кто папа. Не хвастался. В 97-м его застрелили в лесу. Криминальные разборки. Прошлое не отпустило.
Наталья Иванова тоже выходила в эфир. Сын Илья, 70-е, мимолетно. Официальные Корневы игнорируют. «Нет наследства, зачем судиться» — так Алевтина Константиновна. Но это не про деньги. Это про имя. Про историю. Про право быть частью биографии великого актера.
Сам Владимир Борисович до последнего отрицал. Отказывался сдавать ДНК при жизни. «Не хочу разводить грязь», — говорил близким. Писал детектив на самоизоляции. Пьесу затеял. Ковид забирал его за дни. Книга так и осталась черновиками. Семья обещала издать. Пока не издала.
Шестьдесят лет брака. Два тайных ребенка. Один — убит в лесу. Другая — живет с дочерью, ждет признания. Вдова зовет всё «вымыслом». Дочь молчит. Внук Егор тоже. Правнучка Мария — последняя, с кем дед говорил по душам. Ушла с секретом. А секрет стал достоянием общественности. И пока родные не дали официального комментария — история открыта. Ждем суда? Ждем признания? Ждем книги? Время покажет. Но «Ихтиандр» уже не ответит.
