Пятый июля Алле Зиновьевне Будницкой исполняется 89. Цифра круглая, почти девяносто, но в поселке писателей во Внукове, где актриса живет последние двадцать лет, никакого ажиотажа нет. Соседи знают: хозяюшка большого дома за глухой стеной не любит суеты. Утром — прогулка с собакой по лесу, днем — пироги на кухне, вечером — пересмотр старых записей. «Жизнь размеренная, нормальная», — отмахивается она от поздравлений журналистов, которых сюда за десятилетия можно пересчитать по пальцам.
Главный подарок к юбилею — здоровье. И муж жив. Александр Орлов, режиссер, сценарист, ее первый и единственный любовник с первого курса ВГИКа, в августе отметят 86. Шестьдесят лет вместе — в актерской среде это не рекорд, это аномалия. «Саша — моя опора, мой тыл, мое всё», — говорила она еще десять лет назад в интервью. Сейчас добавлять нечего. Молчат вместе, смотрят телевизор, спорят о политике по телефону с подругой-соседкой.
Дом, который строили кирпич за кирпичом
Коттедж во Внукове — отдельная глава биографии. Две подруги, Будницкая и Ахеджакова, снимали дачу на двоих, мечтали о своем. Проект привезла Алла из Франции — просторная европейская планировка, веранда-палуба, два входа, две автономные половины. Строили в дефицит, кирпич закупали впрок, делили с соседом Эльдаром Рязановым. «Мы были сумасшедшими, — вспоминала Лия Медведевна. — Две актрисы, нет денег, строим дворец».
Долгое время веранда была общей. Там кормили Рязанова, Михалкова, всю «Московскую сатириконовскую» тусовку. Алла пекла фирменные пироги с капустой и яблоками — рецепты от мамы, портнихи, обшивавшей столичную элиту. Сейчас веранда пустует. Подруги перестали общаться. «Разные политические взгляды», — коротко констатирует Будницкая. Глухая стена между половинами дома стала не просто архитектурным решением.
Аварию, клиническую смерть и диагноз «бесплодие»
В 25 лет её жизнь порвала пополам. Автомобильная авария, клиническая смерть, операции. Врачи поставили крест: детей не будет. Александр не ушел. «Мы это пережили вдвоем», — говорит она сейчас, и в этих словах больше веса, чем в любых торжественных речах. Брак выдержал то, что ломает большинство.
Дочь появилась позже. Дарья Дроздовская — крестница, ставшая приемной. Ее мать, Микаэла Дроздовская, сгорела заживо в неотапливаемом домике на съемках в 1978 году. Даше было восемь. Отец женился снова, мачеха не приняла. Девочка сама пришла к крестной: «Заберите меня». Алла и Саша не думали. Воспитали как родную. Дарья пошла по следам — Щукинка, кино, телевидение. «У меня две мамы», — говорит она теперь. У Аллы Зиновьевны уже внуки.
Ресторан «Гвоздика» и спасение в 90-е
Когда кино замерло, ролей не было, денег на содержание дома не хватало — Алла открыла ресторан. «Гвоздика» на Пресне. Сама стояла у плиты, пекла те самые пироги, кормила коллег бесплатно, если те без гроша в кармане. Режиссеры, актеры, сценаристы — вся Bohemia 90-х сидела за ее столами. «Не бизнес, а помощь», — улыбается она. Ресторан просуществовал лет десять. Дал воздух. Вернула в кино.
В 2000-х — телевидение. «Кулинарные рецепты Аллы Будницкой», «Просто вкусно», «Женские истории». Зрители узнали её не как актриса Машу из «Вокзала для двоих» или мадемуазель Ку-ку из «Безымянной звезды», а как хозяйку, которая учит варить борщ и жарить пирожки. «Люди на улице зовут: Алла, научи пироги печенькулики», — смеется она.
Фильмография: больше 80 ролей, но все спрашивают об одной
Список работ не помещается на одной странице. «Живые и мертвые» — Маша, молодая, пугающая. «Тайна Эдвина Друда» — Роза Будло, комично-трагичная. «Курортный роман», «Приморский бульвар», «Криминальный талант», «Каменская», сериалы «Бальзаковский возраст», «Умница, красавица», «Разбитое зеркало» — уже в нулевых. Но зрители помнят две: Инну из «Вокзала для двоих» Рязанова и Машу из «Женщины, которая поет» с Пугачевой. «Рязанов говорил: играй правду, не играй актрису», — цитирует она. И играет. До сих пор.
Что дальше
Сниматься не планирует. «Возраст не позволяет», — честно признается. Здоровье держится, но силы не те. Главное — муж рядом, внуки приезжают, собака тянет на прогулку. Лия Медведевна за стеной — своя жизнь, свои гости, свои взгляды. Две старые подруги, построившие замок, в котором каждая теперь — королева своей половины.
Поклонники присылают открытки. Она отвечает на каждую рукой. «Ценю, что помнят», — говорит. И уходит резать капусту для пирогов. Юбилей — юбилей, а ужин не приготовится сам.
