Радио ШОК (Кингисепп 98,0 FM)

Радио ШОК: 23 года в ритме рока

Девяносто восьмая частота в Кингисеппе выдаёт неожиданный микс. Нет, это не эфирное мыло — из динамиков хрипят гитарные рифы. «Лови РОК, слушай ШОК!» — слоган станции, начавшей вещание ещё в 2001-м как интернет-проект. «В прямом эфире онлайн вы могли нас услышать раньше, — уточняет техдиректор. — Но когда в пятнадцатом зазвучали на FM — это стало другим уровнем».

Эфирная кухня

Сегодня к 18:00 МиФ-Шоу готовит разговор с актрисой театра Миронова. Сергей Брэйн за кулисами роется в записях: «Возьмём её монолог из „Бумбараша“ на музыкальную подложку». Через три часа Рокология разбирает творчество группы Апофеоз — там уже разложены гитарные педали и поставлены на паузу треки для анализа.

«Когда ведущие спорят про Metallica vs КиШ — это и есть наша философия», — бросает кто-то из продюсерского пула, поправляя наушники.

А вчера Ричард Люткус из Runway обсуждал подиумный байкерский стиль. Но главное — музыка. Последний час эфира: ЙОРШ, Stones, Egypt Central и неожиданные Подруги-буги от Дада-оркестра.

Шкаф для подростков

Отдельная гордость — поддержка начинающих. «Если ты играешь и ночевал в гараже — выкладывай трек ВКонтакте, — говорит ведущий Алекс. — Мы его в эфир врубим». Этим утром именно так прозвучала «Марья Петровна» от местной группы ГРОМЫКА.

• Тёплый приём для новичков
• От панка до рокабилли
• Своеобразные рекорды — RAMMSTEIN дважды за смену

Утренний «Пойдём» будит город под Zumba Миры Новак. Семичасовой бриз. Хэви-метал внукам — классика русской рок-волны бабушкам. «Шок? Да мне плеер с „Наутилусом“ сын в девяностых подарил!» — смеётся пенсионерка у микрофона.

Как поймать

Цифры битрейта впечатляют — 128 кбит для онлайн-потока. На сайте всплывающий плеер под лого; модели OPUS и MP3. Но главное не это. Вот сейчас Петр Козельский из «Почти Володи» дожёвывает бутерброд перед выходом в «Волшебной нити Ариадны». Техник гонит кофе — пятнадцать минут до эфира. А вместо отбивающейся дверцы студии прикручен скотчем блокнот: «Через 14 ч. — приём заявок».

Станция сохранила дух андеграунда. Форматная сетка? Будто набросана от руки на салфетке. Звукорежиссёр Василий кричит через коридор: «Лера, за полчаса до „Приёмника“ подготовь промо на „Кисс ми“ от Sixpence!» — «Она же не рок!» — «Но по заявкам прошла».

Завтра в семь утра включат «Саншайн регги» от Laid Back — и кто-то в Кингисеппе опоздает на работу, листая плейлист в мобильном. Здесь так: неожиданные повороты между The 45's и ЙО-ЙО. Ровно в полночь смс-ки перестают приходить — судя по всему, аппарат для голосований просто вырубают на перекур.

На волне девяносто восемь FM звучит жизнь: чуть хриплая, с перегрузом, но бесконечно живая. Если долго слушать эфир, можно услышать, как пытаются записать партию ударных в соседней комнате. Или как рок-группа в курилке проверяет аккорды перед интервью. Именно здесь, у микрофона с наклейкой «Я в ШОКе», ещё успевают варить кофе на всех и находить новые треки между новостными блоками о гастролях.

Каждый вечер здесь ставят Rolling Stones и говорят, что это — семейная реликвия. Обсуждают новые проекты так, будто каждый альбом может изменить мир. И неизменно все заканчивается обменом адресами музыкальных клубов и обещанием врубить на полную следующую композицию. Это не просто радио — это дом для каждого, чьи наушники до сих пор полны гитарных соло и надежды на следующий рок-н-ролльный рассвет.